red_wedge: (Default)
[personal profile] red_wedge
Часть 1 - http://red-wedge.livejournal.com/78807.html

Входе Великой полемики китайским коммунистам удалось показать, что режим в СССР не является марксистским, что он утратил свои коммунистические и демократические (в марксистском понимании демократии) черты и является формой капитализма с социалистической риторикой. Эту позицию разделяли и албанские коммунисты.

Великая полемика зафиксировала и описала сложившуюся в коммунистическом движении после второй мировой войны ситуацию. Ключевым моментом, на наш взгляд, здесь является следование тезису о продолжении классовой борьбы в социалистических обществах в иной, сконцентрированной преимущественно на уровне надстройки, форме. Исходя из этого принципа установление диктатуры пролетариата не говорит о том, переход к бесклассовому обществу неизбежен, но является только условием этого перехода. Уничтожение, в том числе и физическое, вражеских для пролетариата классов не приводит автоматически к появлению новой формации. Старые «классовые» формы сознания (Альтюссер назовет их «идеологиями») сохраняются на уровне надстройки и тянут социалистическое общество обратно в прошлое. Централизация и неподконтрольность власти неизбежно приводит к формированию класса капиталистов без института частной собственности.

К 60м годам среди «антиревизионистов» сложилось две основных тенденции в вопросе решения проблемы «нарастания классовой борьбы при социализме»[7]:

1. Назовем ее «сталинистской». Она предполагает, что существуют «правильные» коммунисты, хорошо разбирающиеся в интересах народа. Они, от лица партии, могут выявлять в обществе и партии вражеские для «социализма» элементы и устранять их. Репрессивный аппарат в 30-50х годах в СССР работал именно в рамках этой модели. Сразу возникает несколько вопросов: кто определяет «правильность» этих коммунистов, как контролируется их деятельность, не является ли эта группа прообразом класса бюрократов, действующих исключительно в собственных интересах? Не смотря на всю очевидную неустойчивость, этой тенденции придерживались албанские коммунисты, критиковавшие Пекин за излишний либерализм и попустительство в отношении буржуазных элементов.

2. Маоистская тенденция. По версии маоистов массы должны начать открыто критиковать политику партии в целом и отдельных ее представителей, не забывая при этом о самокритике. Во время Культурной революции Мао объявил «огонь по штабам». Деятельности партии, проводимая в интересах народа, должна критиковаться в первую очередь со стороны народа. Если народ не поддерживает какую-то деятельность, то эта деятельность является антинародной. При этом критика должна быть публичной и открытой. Публиковаться и обсуждаться должны даже самые антикоммунистические памфлеты – так народ сможет выявить своих врагов и выработать правильную линию.

Маоистская точка зрения пересматривает вопрос демократии и делегирования власти в странах с социалистическим режимом правления. Власть больше не делегируется абстрактным партийным работникам, пусть даже и через контроль (зачастую, как показывает история соцлагеря, фиктивный) советов, которые должны знать и решать, как поступать народу правильно, но формируется и исполняется непосредственно народом. При этом должно выполняться одно значимое условие. Народ уже должен выступать с классовых позиций и обладать высоким уровнем самокритики. Так как свобода голоса критики для всех предполагает, одновременно, и свободу голоса для буржуазных элементов, которые несомненно захотят подчинить голос народа себе. С этой точки зрения проект Культурной Революции выглядит не только как попытка дебюрократизации, расширения прямых властных полномочий народа, устранение враждебных социалистическому обществу буржуазных элементов, но и как реализация плана по формированию новой идеологии (в формулировках Альтюссера)[8], идеологии коммунистического гуманизма, которая подчинила бы себе все надстроечные формы существования человека в социалистическом обществе, уничтожив все возможные точки кристаллизации антикоммунистического, буржуазного мышления, и при этом данная идеология стала бы самовоспроизводимой на уровне надстройки.

К сожалению, данный проект не был реализован. Мне сложно говорить о причинах, но скорее всего они лежат во внутренней диалектике групп, коллективов и институтов[9].

Как мы указали выше, Великая полемика коснулась таких значимых для коммунистического движения явлений как социал-империализм и империализм. Рассматривая соотношение классовых сил в современном для него мире, Мао сформулировал теорию трех миров. В оригинальной трактовке она выглядит следующим образом:

1. Первый мир. СССР и США. Две страны суперимпериалиста, противостояние между которыми формирует условия для взаимодействия прочих стран.

2. Второй мир. Страны союзники супердержав.

3. Третий мир. Колонии и страны движения неприсоединения.

В соответствии с этой градацией для коммунистов и народных движений для каждого из миров предполагалась различная тактика.

СССР и США расценивались как агрессоры и основная угроза мирному существованию народов. Силы, которые могут быть только уничтожены внешним, либо внутренним воздействием, что предполагало всестороннюю поддержу внутренних (диссидентских) движений в СССР и США. В частности, поддержкой Китая пользовалась в США Партия Черные Пантеры, созданная Хьюи Ньютоном и Бобби Силом. По некоторым данным в СССР так же существовали маоистские группы, но достоверной информацией об этом я не располагаю.

Второй мир рассматривался Председателем как союзник освободительного движения. Хотя эта позиция на наш взгляд выглядит несколько противоречивой. Второй мир, по версии Мао, выглядел достаточно неоднородно. Туда одновременно входили Англия с Франций (имевшие колонии) и, например, Чехословакия, которую, на наш взгляд, саму стоило бы отнести к колониям СССР. Несмотря на это, Мао считал, что второй мир зачастую вынужден идти на уступки третьему миру, для сохранения эксплуатации, а в некоторых случаях и расставаться со своими колониями под давлением освободительного движения и внутренних факторов (Франко-Алжирская война). На страны восточной Европы, входящие в СЭВ, Мао возлагал большие надежды в связи с их угнетением СССР, они должны были сыграть свою роль в дестабилизации просоветского блока.

Национально-освободительные движения третьего мира, сопротивляющиеся гегемонии империалистов, - опора мировой революции. Подавляющее большинство стран третьего мира было (и остается) аграрно-сырьевыми странами с феодальным укладом без намека на демократию. Тактика коммунистов в странах третьего мира предполагает два варианта. Там, где позиции коммунистов сильны – поднятие национально-освободительного восстания, переходящего в социалистическую революцию. Там, где коммунисты слабы – объединение с буржуазными националистами в национальный фронт. Буржуазно-националистическая революция с установлением республики на первом этапе, на втором – социалистическая революция.

Теория трех миров в своей первоначальной трактовке значительно повлияла на структуру, тактику и идеологию антиревизионистских партий по всему миру. В странах третьего мира она привела к активной поддержке антиревизионистами антиколониальных и национально-освободительных движений в любой форме. Основной тактикой для коммунистов в развивающихся, не переживших индустриализацию странах, стала партизанская война с опорой на крестьянство. Что не могло не сказаться на идеологической составляющей. Коммунисты шли на значительные идеологические уступки местным националистам, впитывали почвенические настроения крестьянства. Это позволяло ревизионистам выступать с двумя претензиями к маоистам:

1. Маоизм – идеология крестьянской войны и неприменим в странах первого и второго миров.

2. Маоизм опирается на архаичные представления о мире и подпитывается местной сельской философией. Часто можно услышать, что маоизм - это адаптированное для широких масс конфуцианство, сдобренное марксизмом[10].

В странах первого и второго миров антиревизионизм затронул в первую очередь интеллигенцию и студенчество[11]. Маоизм кроме освободительного порыва предоставлял так же инструмент анализа и критики ситуации. Свою роль, несомненно сыграл и упадок зависимых от СССР коммунистических партий в Западной Европе. Та точка зрения, которую они транслировали массам значительно расходилась с происходящим на улицах. В частности КПФ, вслед за КПСС, называла «Красный Май» «мелкобуржуазным бунтом» и, кроме прочего, сглаживала протестные настроения в рабочей среде.

Еще одной значимой стороной маоизма является отношение к насилию. Мао, в отличие от Гегеля, в любой ситуации видит несколько противоречий, часть из которых является антагонистическими. Антагонистические противоречия могут быть разрешены только через коренное изменение, через открытое противостояние, в котором противоречие будет разрешено. В рамках общества это приводит к уничтожению, в том числе и физическому, одного из контрагентов, будь то правящий класс, либо возвышающийся класс. Что касается коллективов, то они либо противостоят внешнему антагонисту (другому коллективу/группе, либо институту), которого должны уничтожить в ходе противостояния, чтобы продолжить свое существования, либо противостоят внутренним инородным агентам, которые элиминируются различными способами, в том числе и через физическое устранение.

Фиксация и открытая артикуляция того, что насилие возможно в обе стороны и нет смысла от него отказываться, уже сами по себе могут вызывать нарекания со стороны «этически» настроенной интеллигенции и буржуа. Поэтому маоистская политика часто подвергалась критике со стороны буржуазной общественности как «негуманная», «антигуманная» и даже трактовалась, как форма геноцида. В то же самое время существует несколько вариантов контраргументации. В частности: западные интеллектуалы, указывая на «антигуманность» маоистов, приводят в пример «маоиста» Пол Пота, возглавлявшего красных кхмеров, чья политика, по данным западных политологов, привела приблизительно к трем миллионам жертв среди населения Камбоджи. Понятно, что, во-первых цифры завышены. Во-вторых, эти цифры – сумма всех потерь Камбоджи (сюда включены не только репрессированные, но и жертвы боестолкновений с вьетнамцами/американцами, жертвы американских бомбежек и жертвы от последовавшего вслед за разрушением инфраструктуры голода. В-третьих, Пол Пот не был маоистом[12] - он не поддержал «Банду четырех» и симпатизировал правому крылу КПК, возглавляемому собакой Дэном. Однако, указание на все эти неточности не превращают Пол Пота в гуманиста, а трупы, было их 800 тысяч или 3 миллиона, остаются трупами, гниющими на рисовых полях и в джунглях Камбоджи.

Правильная контраргументация, на наш взгляд, может строиться только относительно внутреннего проекта рассматриваемой системы. Вслед за Марксом и Альтюссером мы описываем «гуманизм» как идеологию. Наличие разных «идеологий» приводит к наличию разных «гуманизмов». Революционный марксистский гуманизм формируется вокруг, как бы это банально не звучало, марксисткой системы ценностей, проектов и целеполаганий, где трактовка баланса классовых сил, задает форму проекта, цель которого власть трудящегося народа. В этой системе ценностей буржуа и бюрократ, любой индивид, группа, коллектив или институт, ограничивающие и препятствующие восхождению трудящегося, как нового человека для нового общества без классовых и внеклассовых форм угнетения, выступают как антагонисты, применение против которых насилия оправдано, если этого требует ситуация. В рамках господствующей сейчас буржуазной формы «гуманизма», зацикленного на постоянном воспроизведении всех форм угнетения, марксистский гуманизм равен «антигуманизму»[13].

Теперь, после точечного рассмотрения вопросов, мы можем приблизительно сформулировать, что такое маоизм.

Маоизм несомненно строится на:

1. Марксистско-ленинской экономической теории, дополняя и конфигурируя ее в рамках требования времени. На наш взгляд «Теорию трех миров», в связи с распадом советского блока и правым курсом в Китае, стоило бы сформулировать вновь, опираясь в значительной мере на вклад мирсистемного анализа.

2. Линии масс и самокритике. В конечном итоге нам интересно благополучие трудового народа, а не отдельных буржуа, либо бюрократии, которая выглядит как буржуа, действует как буржуа, но не «буржуа».

3. Теоретическом «антигуманизме», трактующем насилие по отношению к чуждым классам и стратам как вынужденную, но необходимую меру.

Latur

[7] О нарастании классовой борьбы начал говорить Сталин еще в 20-х годах. Latur

[8] «… идеология – это система (которая имеет собственную логику и строгость) представлений (которые могут выступать в форме образов, мифов, идей или понятий), обладающая определенным историческим бытием и определенной исторической ролью в пределах того или иного конкретного общества. …идеология как система представлений отличается от науки тем, что ее практически-социальная функция господствует в ней над функцией теоретической (или функцией познания).» Л. Альтюссер «Марксизм и гуманизм»

[9] См. http://left.by/archives/5081

[10] «Я считаю, что когда мы — будь то отдельный человек, партия, армия или школа — не подвергаемся нападкам врага, то это плохо, ибо это безусловно означает, что мы оказались с ним в одном болоте. Когда же враг выступает против нас, то это хорошо, ибо показывает, что мы проводим чёткую грань между ним и собой. Если враг яростно нападает и изображает нас в самом мрачном свете как людей, лишённых всяких достоинств, то это ещё лучше, ибо доказывает, что мы не только проводим четкую грань между ним и собой, но и имеем большие успехи в работе». Мао Цзэдун «Быть объектом нападок врага — дело хорошее, а не плохое» (26 мая 1939 года)

[11] К сожалению, часто лишь на уровне освободительной риторики. Latur

[12] Как, впрочем, и троцкистом – есть и такая, основанная на том, что во время обучения во Франции Салот Сар активно общался с французскими троцкистскими группами, точка зрения. Latur

[13] «…насилия очевидны, взрывы не могут быть объяснены вне того факта, что их мотивы высоко моральны для масс. Таким образом, экономические и политические поводы помогают массам понять то, что самая высокая безнравственность - это эксплуатация человека человеком. Так, когда буржуа утверждает, что его поведение управляется "гуманистической" этикой (работа, семья, нация), он лишь маскирует свою безнравственность и отчуждает рабочих. Буржуа никогда не будет морален. Следует принять во внимание, что рабочие и деревенские жители, когда они восстают, являются полностью моральными, потому что они никого не эксплуатируют». Ж.-П. Сартр «Maos en France» Situations X
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

April 2017

S M T W T F S
      1
23456 78
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 04:33 am
Powered by Dreamwidth Studios